До сих тор мы рассматривали дорийский ордер в целом, теперь же переходим к изучению отдельных элементов портика, начиная с основания и как бы поднимаясь постепенно вверх.

Наш обзор последовательно коснется: внешних колоннад портика, внутренних колоннад, стен, потолков.

Эволюция отдельных частей ордера, как и эволюция всего ордера в целом, будет заключаться в самых тонких изменениях (нюансах), но эти нюансы определяют различие между простым опытом и совершенными произведениями искусства. Эпоха Писистратидов (VI в. до н.э.) дает нам формы в строении первоначальной обработки, а эпоха Перикла – уже вполне законченные произведения. С IV в. до н.э., эпохи Александра Македонского, это развитие направлено в сторону утонченного изящества.

ОСНОВАНИЯ

Рис. 168

Здание дорийского ордера покоится на сильно выдающемся основании, состоящем из ряда расположенных уступами и окружающих здание со всех сторон ступеней.

В I в. до н.э. эти уступы основания представляли собой настоящие ступени такой высоты, что по ним можно было подниматься без затруднения (рисунок 168, S).

Утилитарное назначение этих ступеней постепенно забывается, и они становятся (R) просто частями ступенчатого основания, высота которых определяется исключительно размерами здания. Их перестают соразмерять с человеческим ростом для того, чтобы придать им величественные пропорции храма.

В V в. между уступами основания прорубаются еще небольшие ступени для того, чтобы сделать возможным доступ в портик храма. Мы уже упоминали о своеобразном превращении подготовительных нарезов в архитектурный орнамент. Это превращение становится особенно очевидным на основаниях. Архаический стилобат, уже подвергшийся окончательной отделке, имеет гладкие поверхности, не сохранившие никаких следов борозд, которыми руководились при своей работе каменотесы. В V в. почти повсюду эти борозды превращаются в орнамент. Даже выступы, служившие опорой при соединении швов отдельных квадров, намеренно сохраняют тот вид, который был им придан при подготовительной обтеске.

Рис. 169

БАЗА

База – круглая плита, составляющая основание большинства египетских колонн, – в дорийском ордере встречается только в виде исключения. В V в. мы имеем только два примера таких колонн: внутренние колонны целлы Элевсинского храма и колонны храма Гигантов в Акраганте (рисунок 169). В обоих случаях база сводится к плите в виде диска, лишь слегка выступающей из очертаний ствола колонны.

Профилированная база появляется только в следующий период, вероятно, в подражание ионийскому ордеру, который в это время находится в периоде полного расцвета. Дорийскую колонну с базой мы встречаем также в Курно (в Пелопонессе), а в I в. до н.э. – в Коре. Но, по Витрувию, дорийская колонна не имеет базы. Ствол ее непосредственно вырастает из стилобата. 

СТВОЛ

Строение. – Древнейшие колонны имели монолитные стволы. Таковы были колонны древнего храма в Сиракузах, храма C в Селинунте. Последний храм был частично построен из обломков более древней постройки. Только постепенно греки решаются возводить стволы колонн из отдельных барабанов. Но отказавшись от монолитных стволов, стараются свести дробности ствола к минимуму. Те колонны храма, которые не являются монолитными, состоят не более чем из четырех-пяти частей.

Рис. 170	Рис. 171

В VI в. до н.э. соприкасающиеся постели барабанов полностью подвергаются обтеске. В V в., когда конструкция колонн из отдельных барабанов входит во всеобщее употребление, постели барабанов начинают обтесываться только в центре и по краевому кольцу. Эти части (как показывает отрезок колонны Парфенона, рисунок 170, A) несут на себе всю тяжесть верхних частей здания.

Профиль. – Рисунки 163 и 164 показывают, каково было сужение ствола колонны в главнейшие периоды. Те границы, между которыми оно эволюционирует от VI к V в. до н.э., могут быть определены следующим образом. В тех колоннах, где это сужение наиболее велико, наклон боковых сторон (линии профиля) к вертикали не превышает 0,03 м на 1 м. В V в. он заметно уменьшается до 0,02 м.

Вместе с тем лишь в редких случаях стволы колонны представляют по своей форме правильные конусы. Только в большом храме в Посейдонии и в пропилеях на мысе Сунии профили колонн представляют собой две прямые линии. Во всех других случаях эти линии дают легкий выгиб, или курватуру. В архаическую эпоху это утолщение ствола носит преувеличенный характер, но никогда не переходит в энтазис. Диаметр колонн уменьшается, хотя и неравномерно, от подножия ствола к его вершине. Только в римскую эпоху мы встречаем колонны, диаметр которых увеличивается до определенной высоты и затем начинает сокращаться.

Каннелюры. – Эпоха архаики дает нам примеры стволов колонн с двадцатью четырьмя, двадцатью и шестнадцатью каннелюрами. Двадцать четыре каннелюры имеют колонны большого храма в Посейдонии, шестнадцать – колонны древнего храма в Сиракузах. Преобладает среднее число – двадцать каннелюр. Начиная с V в. до н.э., количество в двадцать каннелюр окончательно устанавливается, за такими редкими исключениями, как храм на мысе Сунии, где стволы колонн имеют шестнадцать каннелюр.

В разрезе дорийские каннелюры имеют форму очень плоской правильной дуги, иногда несколько видоизмененной для того, чтобы лучше выделить грани. Обычно дорийские каннелюры имеют острые грани (рисунок 170, A); плоские же грани встречаются как исключение и всегда на тех частях здания, которые наиболее подвержены разрушению.

Планы на рисунке 171 показывают, как оба вида каннелюр распределяются в колоннадах храмов S и T в Селинунте. Колонны с плоскими каннелюрами отмечены крестами: это, несомненно, те, которые больше всего подвержены повреждениям во время движения толпы. В базилике в Посейдонии, план которой мы даем на рисунке 151, колоннада, расположенная вдоль оси здания, замыкается с обеих сторон колоннами, гладкими спереди и каннелированными в остальной части ствола (рисунок 170, D).

Напомним еще колонны типа C, где каннелюры только намечены; это – колонны неоконченных архаических храмов. Эту незаконченную форму в V в. используют как декоративный мотив. 

КАПИТЕЛЬ

Рис. 172
Рис. 173	Рис. 175
Рис. 174	Рис. 176

Капитель, как часть конструкции, играет роль подбалки, а с декоративной точки зрения – роль перехода между круглым в сечении стволом и прямыми линиями антаблемента. Она состоит из двух частей: абаки, играющей роль подбалки, и эхина, служащего переходом.

Рельефы капители в различные эпохи. – Ряд приведенных ниже рисунков воспроизводит со всеми деталями несколько типов капителей, расположенных в хронологическом порядке. Для того, чтобы лучше показать изменения их профилей, рассмотрим их сначала в стадии первоначальной обработки. На рисунке 172 дается ряд схематических изображений капителей, показывающих изменение их массы по эпохам.

Капитель T взята из архаического храма, воздвигнутого на развалинах догреческого Тиринфа. Ее эхин вписывается в конус с очень широким основанием. Но фрагменты, из которых составлена капитель, настолько повреждены, что не позволяют точно определить наклон эхина. Эхин капители храма в Таренте, относящегося к той же эпохе, вписывается в конус, ширина основания которого равна, по крайней мере, трем единицам при одной единице волюты.

В капители храма в Метапонте, носящего название храма Самсона (M), основание конуса равно уже двум единицам при одной единице высоты.

В большом храме в Посейдонии (P) конус капители образует еще более острый угол и соответствует диагонали египетского треугольника, т.е. равен четырем единицам основания при трех единицах высоты. В храме Гигантов в Акраганте профиль эхина образует тот же треугольник, но в другом положении, т.е. его основание имеет четыре единицы при высоте в три единицы.

Парфенон, приблизительно современный храму Гигантов, показывает во внешнем ордере наклон 4/5, а во внутреннем – 4/3 (A). Вообще же наклон колеблется около цифры в 45°, и существуют даже попытки перейти эту границу. Уже в храме Фесея наклон эхина, точно равный 45°, показывает этот переход.

Профиль капители. – Профиль эхина представляет кривую линию, близкую к параболе. Этот выгиб, вначале сильно подчеркнутый (рисунок 173), становится более сдержанным (эластичным) в памятниках V в., а в македонскую эпоху вырождается почти в прямую линию.

Профили T и M (рисунок 173) взяты с храмов Тарента и Метапонта, A и B (рисунок 174) – с Парфенона, C – с пропилеи Палатиццы.

При выработке профилей архитектор, видимо, руководился инстинктивным чутьем, подсказывавшим ему подходящие формы для брусьев равного сопротивления. Наиболее ранние профили эхинов имеют ту же форму, которая указывается соответствующей теорией для кронштейнов, несущих тяжесть, сосредоточенную на одном свободном конце. Выпрямляя линию профиля, мы приближаемся к другой теории, согласно которой тяжесть располагается равномерно по всей выступающей плоскости.

Только в архаических памятниках абака действительно несет на себе нагрузку антаблемента (рисунок 175, A). Но ее реальное назначение забывается уже со времени постройки Парфенона, и, опасаясь, что она может расколоться, абаку отделяют от архитрава бороздой B.

Детали: шейка, «ремешки». – В ранний период капители колонн имеют выемку (перехват) у основания эхина (рисунок 176, C).

Эта выемка лишает эхин характерного для него выражения мощи. Благодаря тому, что в этой впадине получается рассеянный свет, профиль капители теряет свою определенность.

На трех центральных колоннах базилики в Посейдонии шейка по этой причине украшена скульптурным орнаментом. В V в. этот орнамент исчезает бесследно.

При наличии шейки каннелюры или не доводятся до ее начала (рисунок 173, T) или теряются в ее изгибе (рисунок 173, M и 176, C). Когда шейка исчезает, каннелюры продолжаются самой подушки эхина (рисунок 176, N и P). Этот новый прием появляется впервые в Коринфе, находит свое продолжение в Посейдонии и, начиная с V в., остается единственным в употреблении. Круглые борозды K, «ремешки», отмечают начало эхина. Другие борозды H отделяют ствол колонны от капители. И те и другие борозды сделаны с расчетом, чтобы на н�