Декоративная роль готического свода

Очертания и общие формы

Стрельчатая арка, возникшая из конструктивных соображений, а не из декоративных фантазий, подчиняет свои пропорции требованиям, вызывающим ее появление; ошибочно было бы относить то или иное очертание стрельчатой арки к характеру той или иной эпохи. Но все же стрельчатая арка вводится робко, ее надлом усиливается только постепенно. В общем, ее рисунок хронологически классифицируется следующим образом (рис. 231):

В XII в. половина диаметра делится на пять частей, и центр С отвечает первой от середины точке деления. В начале XIII в. центр С определяется делением половины диаметра на три части. Начиная с середины XIII в., обычной формой является равносторонняя стрельчатая арка, центры которой С" находятся у основания пят, на краях устоев.

Декоративная роль готического свода. Очертания и общие формы
Рис. 231

Мы уже приводили последовательные видоизменения нервюрного свода. До конца XII в. своды центрального нефа возводятся обычно над квадратным планом и подразделяются на шесть распалубок. В первой четверти XIII в. господствующей формой является продолговатый свод, а в анжуйской архитектурной школе — свод с лиернами. В это же время появляется свод с тьерсеронами (над пересечением нефов в Амьенском соборе). Нервюрные сетчатые своды, применявшиеся в Англии с XIV в., укореняются во  французской архитектуре с XV в. и господствуют до последнего периода готики.

 

Профили нервюр

Романское искусство допускало для подпружных арок только прямоугольное сечение или форму валика; нервюры обрабатывались скульптурно, но сечения их слабо профилировались. Профилированные нервюры принадлежат готике; и здесь, как вообще во всех модулированных линиях, архитекторы придерживаются форм, вписывающихся в простейшие очертания.

Обобщающая форма чувствуется сквозь все детали и сообщает ясность и определенность всей массе. В материальном отношении такой способ имеет двойное преимущество: он уменьшает отходы камня и снижает расходы по его отесыванию.

Профили, вписываемые в прямоугольник. — Наиболее ранние нервюры (рис. 232, А и В) вписываются в прямоугольное сечение романских подпружных арок. Чтобы перейти от профиля романской подпружной арки к модпружной арке А, достаточно выделить вдоль каждого ребра вал п, который образуется в массе камня посредством выдалбливания желобков. Профиль диагональной нервюры В представляет собой простой вал, также высеченный в прямоугольном массиве.

Таковы профили в абсидных капеллах в церкви Сен-Дени, построенной аббатом Сугерием * около 1130 г. Этот большой вал имеет расплывчатый и тяжелый вид; сами архитекторы Сен-Дени признали его недостатки. Для хора они взяли профиль В; но для портика ввели вариант С, где кривая ломается и образует ребро X, на котором сосредоточивается свет.

Примечание: Сугерий — аббат Сен-Дени и министр Карла VI — был, возможно, сам архитектором и оставил очень интересные записки о постройке церкви в Сен-Дени. Он родился около 1080 г., умер в 1151 г. См. Nettement, Suger, Paris 1868; сочинения Сугерия изданы Lecoy de la Marche в 1867 г. Ср. диссертацию Т. Н. Грановского (1848).

К концу XII в. (собор Парижской Богоматери) пытаются применить ко всем нервюрам свода профиль с двойным валом А. В это время опорные части нервюр еще не выкладываются горизонтальными рядами; нервюры (рис. 168, А) от самых своих пят идут раздельно, и только легкое утонение нервюр в нижних концах позволяет ограничить пространство, отводимое для их пят.

Декоративная роль готического свода. Профили нервюр. Профили, вписываемые в прямоугольник
Рис. 232 
Декоративная роль готического свода. Профили нервюр. Профили, вписываемые в треугольник
Рис. 233

Профили, вписываемые в треугольник. — Как только возникает идея выполнять первые ряды горизонтальной кладкой (рис. 168, В), уменьшают площадь опоры нижних частей нервюр, сливая их в одно целое.

Одновременно с этим видоизменяется и профиль нервюр. Если для слитности нужно решиться нарушить форму нервюры, стараются по крайней мере, чтобы это изменение коснулось лишь второстепенных ее частей и чтобы главный профиль, образующий ребро нервюры, спускался непрерывной линией до пяты.

Этому условию удовлетворяет только профиль треугольного массива; поэтому, начиная с XIII в., проявляется тенденция заменить квадратный массив, имевший преимущество с точки зрения прочности, треугольным, более подходящим с точки зрения формы. От форм, показанных на рис. 232, приходят к формам, изображенным на рис. 233.

Общий силуэт представляет собой лист трилистника — три главных вала, разделенных желобками. Рассмотрим отдельно один из этих валов и разделяющие его желобки. На рис. 234 показаны последовательные видоизменения, которые претерпевают эти декоративные элементы. Они могут быть сведены к следующему:

Наиболее ранние валы имеют простое круглое сечение. Но скоро приходят к тому, по крайней мере для реберной части, что обрисовывают ребро не только тем надломом, который мы наблюдали уже в Сен-Дени, но еще и обратным изгибом (рис. 234, Z); вал превращается таким образом в комбинацию желобов. Это видоизменение происходит в первой четверти XIII в.

Декоративная роль готического свода. Профили нервюр. Профили, вписываемые в треугольник
Рис. 234

В течение XIII в наблюдается тенденция выделять валы все более и более резкими, тонкими и выразительными линиями; чтобы подчеркнуть их возможно сильнее, беспрестанно увеличивают разделяющие их желобки, которые образуют между сверкающими линиями более спокойные полосы пространства, все более и более расширяющиеся.

Рис. 234, А воспроизводит примитивный вид вала; единственным дополнением здесь является оформляющий его листель (полочка). Чтобы лучше выделить вал, его окаймляют двумя валиками с полочками или без них (чертежи В и С).

Эти валики, сначала примыкавшие к главному валу, постепенно отделяются от него, что делает впечатление еще более четким; вал с дополнительными профилями в середине XIII в. имеет уже тот общий вид, который показан на чертежах D, Е и F. До сих пор наделяли желобками только главный вал; но вскоре желобки появляются на всех валах, и даже на окаймляющих  их  валиках.   Наконец,   выводят  желобки  не только по ребру вала, но и по краям его, вследствие чего получается профиль G.

В таком порядке следуют постепенно возникающие одно из другого видоизменения элементарного профиля нервюры (рис. 235), так создаются странные на вид групповые профили последнего периода готического искусства.

Декоративная роль готического свода. Профили нервюр. Профили, вписываемые в треугольник
Рис. 235

Типы F и G относятся к XIV в., тип Н — к XV и XVI вв. На этот раз, в поисках контраста, архитекторы впали в чрезмерную сложность и сухость, но эта ошибка не была вызвана их прихотью, и эти причудливые формы связаны неразрывной цепью с образцами лучших периодов.

Что касается почти нитевидных нервюр, которые могут быть высечены лишь в камнях, образующих один массив с заполнением свода, то применение этих нервюр, имеющих чисто декоративное значение, долго остается исключительной принадлежностью анжуйской архитектурной школы. Их появление в архитектурных школах центральной Франции относится только к 1260 г. (церковь Сент-Юрбен в Труа); этот вариант, мало свойственный готическому искусству, остался только в виде исключения в тех областях, которые были первыми очагами этого искусства.

Замки. — В принципе ломаная арка не имеет замка: кладка замыкающих ее камней (рис. 95, N) плохо приспособлена для этого вида украшения. До XIV в. замки допускаются только в местах пересечения диагональных нервюр. Обыкновенно замок обрабатывается скульптурно, а отверстие, проделанное в его середине, позволяет подвешивать к своду люстры или праздничные украшения (рис. 236, В).

В башнях (С) замок заменяется большим кольцом, клинчатые камни которого опираются на нервюры и которым пользуются для пропуска колоколов. Только в XV в. своды осложняются свисающими замками (D), которые могут, в случае если арка очень заострена, противостоять выпучиванию вершины; но они увеличивают распор, и в общем их следует рассматривать как излишества упадочной поры.

Декоративная роль готического свода. Замки
Рис. 236

Воронкообразные паруса, поражающие зрителя необъяснимостью достигнутого равновесия, условия которого ускользают от взора, встречаются только в Англии в последние годы XV в. В сводах некоторых абсид забутка пазух заменяется заполнением каменными плитами с ажурной резьбой (рис. 236, А, Каркассон).

 

Последовательные формы устоя

Мы уже указывали на конструкцию готического устоя, как на естественное развитие конструкции романского столба. Романский столб имел колонку под каждой нервюрой; тогда существовали только поперечные нервюры, подпружные арки; но появляются новые нервюры, и логика требует, чтобы им были приданы подпорки такого же типа. От массива романского столба отделялось не более четырех колонок, теперь же (рис. 237) колонки требуются и под подпружными арками, и под диагональными нервюрами, и под архивольтами окон; столб превращается в пучок колонок.

Декоративная роль готического свода. формы устоя
Рис. 237 
Декоративная роль готического свода. Устой с цилиндрическим стволом
Рис. 238

Устой с цилиндрическим стволом. — Казалось бы, естественно вести эти колонки от пят нервюр до пола. Такое решение и было немедленно принято для устоев, прислоненных к стене. Но в отношении устоев, окаймляющих нефы рядами, некоторое время существовали колебания. Опасаясь, что пучок колонок загромоздит пространство  и явится  препятствием для глаза, долго придерживались конструкции, показанной па рис. 238, А.

Стволы колонок не доходят до пола, они обрываются на абаке t, а нижняя часть устоя сводится к цилиндрическому стволу а. Такой вид имеют изолированные устои почти во всех зданиях ранее XIII в. Пример А позаимствован из нефа собора Парижской Богоматери, общий план которого определился уже к 1163 г.

Переход к устою в виде пучка колонн. — В боковых нефах собора Парижской Богоматери, а также в двух пролетах Лаонского собора (рис. 208 и 209) вокруг колонн помещены гонкие монолитные колонки; но назначение их — скорее увеличивать жесткость устоев, чем служить опорой для нервюр, так как они помещены как раз в тех местах, где действует наибольшее давление.

В соборе Парижской Богоматери секции портика сооружены на несколько лет позже нефа, и здесь под влиянием прогресса, ведущего к окончательному решению, некоторые колонки, но только некоторые, достигают пола; это четыре главные колонки, несущие подпружные арки центрального нефа и пяты его аркад.
 
В течение приблизительно четверти века придерживаются этого половинчатого решения. В Реймском соборе (рис. 238, В), около 1215 г. в соборах Амьена и Суассона только четыре главные колонки выделяются на цилиндрическом стволе устоя. Собор в Бурже является, может быть, первым зданием, в котором четко выражено стремление продолжить по всей высоте устоев центрального нефа пучок колонок, выходящих из-под пят свода.

Устои в виде пучка колонок, идущего по всей его высоте. — Только при Людовике IX *, со времени перестройки нефа в Сен-Дени (около 1240 г.), впервые решились на то, чтобы продолжать до пола столько же колонок, сколько нервюр они поддерживают.

Примечание: Людовик IX, король французский (1226—1270), неудачливый «крестоносец» двух последних крестовых походов (1248—1270); канонизован. Политика его состояла в умеренном воздействии на феодалов, в осторожном укреплении прерогатив судопроизводства, в поддержке и помощи городам.

Иногда даже цилиндрическое ядро устоя исчезает под этим пучком колонок. Но в течение XIII в. гораздо чаще контур устоя сохраняется и служит фоном для колонок (рис. 239, N).
Вплоть до последних лет XII в. колонки составляют один массив с ядром устоев и связываются с ним рядами кладки; только с этого времени возникает обычай вытесывать их из монолитной глыбы и устанавливать по завершении кладки столба.

В соборе Парижской Богоматери можно наблюдать переход от одной системы к другой: в хоре колонки еще выложены горизонтальными рядами, в нефе они уже монолитны. В соборе Парижской Богоматери пучки колонок прикреплены простыми скобами; в большей части зданий XIII в. они поддерживаются на консольных камнях Р (рис.  239), профилированных в виде кольца.

Но скоро перестают удовлетворяться только одной колонкой для каждой нервюры; под каждый значительный элемент подставляют по специальной колонке. Так, в примере R (Сент-Юрбен) три колонки, сгруппированные в виде трилистника, соответствуют трем валам одной и той же нервюры; подобное расчленение устоя встречается во всех зданиях XIV в.

Декоративная роль готического свода. Устои в виде пучка колонок, идущего по всей его высоте. Устой с нервюрами
Рис. 239

Вследствие этого форма устоя усложняется до крайности, колонки настолько утончаются, что их перестают вытесывать отдельно; снова возвращаются к примитивной кладке, когда колонки образуются рядами кладки самого устоя. Примером такого возврата к прошлому служит церковь Сент-Юрбен.

Устой с нервюрами.Сент-Юрбен знаменует собой начало эпохи, когда на колонку начинают смотреть, как на вертикальное продолжение нервюры. В связи с этим колонка постепенно принимает профиль нервюры, а поверхность ее получается изрезанной фестонами, как это показано на рис. 239, S (церковь Сен-Назэр в Каркассоне, XIV в.). Чтобы предупредить появление трещин в камне, входящим ребрам придается округлая форма а; а чтобы в то же кремя увеличить прочность выступающих ребер, их профилю придают килевидное очертание с, подобное профилю нервюр. Эти многоугольные нервюры, спускающиеся вдоль устоя, — не что иное, как последнее преобразование колонки.

 

Связь между устоями и сводом

Связь посредством капители. — Вначале, когда нижние части нервюр еще не выполняются в виде подушки, колонка рассматривается как действительная опора нервюры, а завершающая ее капитель сохраняет вид прочной опоры.

Хор собора Парижской Богоматери, законченный в 1196 г., имеет такие капители. В то время когда строился неф (первые годы XIII в.), пришли к заключению, что роль колонки иллюзорна; поэтому увенчивающая ее капитель приобретает характер консоли, несущей пяту, и эта консоль держится лишь своим заделанным концом. Капитель т (рис. 238) ясно показывает это повое понимание условий равновесия.

Затем, когда опорные части начинают выполняться в виде подушек, приходят к выводу, что действительной опорой нервюры является не капитель, но самый массив этой кладки; и капители стали видеть лишь украшение, а в колонке — декоративное продолжение нервюры. Только тогда приходят к мысли заменить круглое сечение колонки таким, которое напоминает сечение нервюр у их основания.

С этого времени можно было бы совершенно отказаться от капители и продолжать тот же профиль нервюр вдоль всего ствола устоя, если бы только не остановились перед тем затруднением, что такой профиль будет чрезмерно выступать. Капитель образует между нервюрой и ее вертикальным продолжением переходное звено,  позволяющее видоизменить профиль, сделать его более плоским, и лишь с этой целью капитель сохраняется в течение всего XIV в. Уже в церкви Сент-Юрбен некоторые нервюры спускаются без перерыва вдоль всей высоты устоев.

Упразднение капители; непосредственная связь нервюры со стволом устоя. — Около XV в. замечают, что можно избежать чрезмерного выступа профиля нервюр другим способом. Стоило только сжать нервюры в месте их взаимного пересечения, и это позволило уничтожить капитель, как ненужный придаток. Это пересечение происходит двумя способами, соответствующими двум вариантам — R и S (рис. 240). В R нервюры переплетаются одна с другой чисто геометрическим способом, и те их части, которые выходят из ядра устоя, спускаются по поверхности его вертикально до его основания. В S нервюры исчезают, проникая в цилиндр, составляющий ядро устоя.

Декоративная роль готического свода. Упразднение капители; непосредственная связь нервюры со стволом устоя
Рис. 240

Какое бы из этих двух решений ни было принято, пересечение нервюр происходит в горизонтальных рядах кладки, образующих подушку, что значительно облегчает сложность построений. Обе комбинации (R и 5) одинаково применяются в течение XV и XVI вв. Пример R позаимствован из церкви Сент-Уан в Руане (части, относящиеся к XV в.), S — из церкви Сен-Северен (XVI в.); здесь ничто не указывает на ту грань, где кончается устой и начинается свод.

В действительности эта грань, если бы понадобилось ее установить, лежит не столько там, где начинается изгиб нервюр, сколько на уровне завершения подушки, т. е. там, где кончается кладка горизонтальными рядами. И действительно, этот уровень подчеркивается в сооружениях некоторых английских школ: капитель сохраняется па уровне пят нервюр, но четкая разграничивающая линия выделяет тот ряд кладки, где вместе с подушкой заканчиваются ряды горизонтальной кладки, т. е. самый устой в настоящем смысле слова (Йоркский собор)


Глава «Декоративная роль готического свода» раздела «Готическая архитектура» из книги Огюста Шуази «История архитектуры» (Auguste Choisy, Histoire De L'Architecture, Paris, 1899). По изданию Всесоюзной академии архитектуры, Москва, 1935 г.

Добавить комментарий

CAPTCHA
Подтвердите, что вы не спамер